Поиск
Поиск

«Моя любовь к Италии – метафизическая», – интервью с Анатолием Корнеевым, основателем компании Simple

Вот уже многие годы компания Simple является одним из главных импортёров вина в России. Мы поговорили с основателем компании Анатолием Корнеевым о культуре потребления вина, зоне Кьянти, велогонках по Тоскане и пеших прогулках в окрестностях озера Гарда.

 

1

Анатолий Корнеев – основатель и вице-президент компании Simple,
винный эксперт, специалист по винам Италии

Когда состоялось ваше первое знакомство с Италией?

Это было в 1993 году, однако прошло оно не в Италии, а в Москве, на предприятии, где я тогда работал. Сразу после окончания филологического факультета МГУ меня пригласили ассистентом в представительство итальянской компании. Самое забавное, что говорил я тогда только по-французски. За границу же я впервые попал в 90-м году, и было это во Франции.

А что это был за регион?

Прованс. Я был студентом и поехал на сбор картофеля на местных полях. Я прожил там два месяца и даже заработал немного денег – собирать картошку в Провансе не тождественно сбору картошки в Можайске, сами понимаете. На поле приходилось отправляться в 5 утра до жары, и, конечно, мы все не высыпались, но зато работа заканчивалась в 9 утра, и у нас был свободный день. Мы объехали всю Францию, по крайней мере южную.

Так совпало, что глава семьи, в которой я жил, профессионально преподавал энологию и искусство сомелье. Он, кстати, сейчас работает в России. Между прочим, он итальянец по отцу. Ещё до войны его предки бежали от режима Муссолини и обосновались в Провансе.

Вам наверняка было несложно выучить итальянский.

Конечно, это же близкие языки, романские. В Италии же я оказался только в 1997 году. На тот момент я уже четыре года работал с вином. Мой маршрут был достаточно стандартный: Римини, Венеция, Флоренция. Но для меня это было сногсшибательное открытие! Рим же я увидел позже, в 1999 году. Можно сказать, что моя любовь к Италии более отстранённая, метафизическая. Я филолог по образованию и знаю итальянскую литературу. Поэтому Боккаччо – это просто то, на чём я вырос как профессионал. Хотя я и не романист, но итальянская классика была для меня обязательной.

Есть ли у вас какие-нибудь увлечения, связанные с Италией, помимо вина?

Вино занимает 99,99% моего времени и личного пространства, но зато с ним очень много смежного: и гастрономия, и туризм, и восхождения. Я ими серьёзно увлёкся в последнее время. Понятно, что там, где у меня дом, в Венето, нет серьёзных вершин. Максимальная, кажется, Монте Бальдо – 2200 метров. Тем не менее, для восхождения требуется определённое мужество, усилие, это помогает поддерживать форму.

Mонте Бальдо

Я часто общаюсь с итальянцами из мира вина, и многие из них удивляются разнообразию вин в винотеках России, в частности, в Москве. Как вы считаете, насколько интересно представлено итальянское вино?

Если сравнивать Москву с ведущими мировыми столицами, то мы уступим, наверное, только Нью-Йорку, но точно будем на уровне Лондона. Так сложилось исторически, и скажу без ложного пафоса, что, если убрать Simple, то, наверное, карта вин была бы совершенно иной. В 1994 году – году основания Simple – было всего две компании, которые специализировались на итальянском вине. Без нас вряд ли рынок был бы точно таким же. Мы были нонконформистами. Если вспомнить 1994 год, то тогда в обществе бытовало советское представление о вине: грузинское и молдавское вино для масс и французское для элиты. Тогда же хлынуло и немецкое вино низкого качества, а Италии вовсе не было. По какой-то случайности, а может быть по наитию и волею судеб, мы начали не с vino da tavola (столового вина) и не IGT (дорогого), а с DOC из разных регионов.

Так совпало, что после 1994 года границы открылись ещё больше, и народ поехал не только в Турцию и Испанию, а также во Францию, Германию, Скандинавию и, конечно, в Италию. Открывались фабрики, налаживались торговые связи. Мы понимали, что стоит предлагать новые продукты. К счастью, нам помогала кухня, которая пришла одновременно с развитием туризма. В 1995 году открываются первые итальянские рестораны: «Иль Помодоро», «Садко Арлекино», «Садко Аркада» (где было 3 итальянских ресторана). Бывшие советские рестораны стали расширяться. Затем уже появилась мода на Made in Italy. Ну и самое главное – глобальное хорошее отношение итальянцев к русским и русских к итальянцам.

Получается, что у россиян появилась финансовая возможность выразить свою любовь и восхищение Италией.

Именно так. Причём во всём. Мы влюбились сразу же в карпаччо, пасту и в итальянскую одежду.

Я недавно беседовал с Оскаром Фаринетти, основателем Eataly. Мне было интересно, почему движение Slow Food и Eataly зародились именно в Пьемонте и почему зона Ланге-Роеро и Монферрато, внесённая несколько лет назад в список ЮНЕСКО, стала уникальной винодельческой зоной. Вы несколько лет назад написали книгу про вина Пьемонта. Расскажите про этот регион.

С XVI века происходит перемещение резиденций савойских королей по ту сторону Альп. Они отгораживаются от постоянно преследовавших их бургундцев. В этой связи опека французского короля и проигранные кампании не могли не привести к тому, чтобы в 1574 году физически от него отгородиться высоким забором из Альп и не перенести резиденцию в Турин. С этого момента начинается другая страница итальянизации швейцарцев, которыми, по сути, были представители савойской династии. Пьемонтское королевство было квазинезависимым и сохранило независимость от Сардинского королевства. Процесс закончился в 1861 году естественным образованием объединённой Италии во многом благодаря их усилиям.

С первой столицей Италии в Турине.

Совершенно верно. Естественно, когда вы живёте в столице, вам гораздо проще экономически и политически развиваться. Поэтому всё, что происходило в экономике Италии за последние 150 лет, шло из Пьемонта: «Фиат», «Оливетти», компьютерные технологии. В Пьемонте граница между городом и деревней давно стёрта. В этой связи здесь больше дисциплины и требований. Откуда пошли первые энологические школы? Из Альбы. Потому что территории первых винодельческих зон были начерчены фактически волей королей. Для них это была территория, которую нужно осваивать. Зачем им Тоскана, если у них под боком было то, что они привыкли пить. И плюс здесь имеется соседство с французским кузеном. Эта интерференция наблюдается и в кухне, где ингредиенты итальянские, руки итальянские, воздух итальянский, а технологии смешаны с французскими.

Бароло

Говорят, что вы пишете книгу о Тоскане?

Да, правда я приостановил работу в 2014 году из-за кризиса. Надеюсь с этого года опять вернуться за стол. Она написана на треть. У меня сейчас появился хороший стимул: я начал сотрудничество с Аттилио Шэнцей, богом ампелографии Италии, человеком, который знает всю картину сегодняшних виноградников страны. Это очень авторитетная фигура, автор огромного количества научных трудов и книг, популяризирующих Италию и её виноградники. А третий мой соавтор – это Михаил Алексеев, президент банка ЮниКредит. Он отвечает за эстетический вид книги, ведь он отличный фотограф.

Мы с ним знакомы и тоже с удовольствием сотрудничаем. У него есть отличные кадры, и книга по Тоскане прекрасно издана.

Я дал ему этот импульс к исследованию Тосканы. Но в нашем «браке», как это случается в жизни, я его поматросил и бросил. Он сделал всё, о чём договаривались, а я остановился. Но я найду в себе силу воли продолжить работу.

У вашей компании есть собственное производство в Тоскане. В какой именно зоне?

Да, в Гайоле. Мы формировали этот рынок и понимаем, как устроен спрос и какие есть тренды, поэтому выбор зоны не случаен. Гайоле – это очень стабильная территория, где нет тектонических изменений спроса на вино. Это не Маремма и не Брунелло ди Монтальчино, где цены существенно выше.

Мы очень долго и тщательно выбирали место. Мы же не просто в Кьянти Классико хотели прийти, мы хотели прийти именно на исторические земли с богатым терруаром. С наших виноградников на высоте 500 метров можно увидеть Сиену, замки баронов Риказоли и Каккьяно. Это место – сгусток энергии. Здесь важно не слово Кьянти, а именно Гайоле.

Кастелло-ди-Бролио в Гайоле

Долгое время существовала так называемая «Лига Кастеллина» (la Lega del Chianti) – это то, о чём мечтают все производители Кьянти классико – создать концепцию терруарного Кьянти, а не общей аморфной массы на 6500 гектар, где 900 с лишним виноделов.

Лига ди Кастеллина – это зоны Кастеллина, Радда и Гайоле. Кастеллина была военизированной частью для защиты от Сиены, Радда была административной частью, а вот Гайоле была торговой составляющей, которая веками обеспечивала продуктами себя и соседей. И если вы посмотрите сейчас на количество рейтинговых хозяйств, то их концентрация на квадратный метр в Гайоле выше, чем у остальных.

Эти вина уже можно где-нибудь продегустировать?

Они ещё в бочках. Виноградарство – дело терпеливых и почти без права на ошибку. Иной раз и ошибок не сделаешь, но придёт господь бог и всё поменяет. Градом каким-нибудь накроет…

Расскажите про историческую велогонку Eroica? Вы же планировали организовать один из этапов в Москве?

Да, основатель этой гонки Джанкарло Броччи – мой друг. Гонка Eroica – это синтез между спортом, активным туризмом, любознательностью, гастрономией, виноделием и вообще всем, что называется итальянским. Маршрут проходит как раз по району Гайоле. Мы хотим привезти этот уникальный опыт в Москву и организовать это на высоком уровне. Хотим показать, что ещё и здесь наши нации близки. Велосипедные прогулки в моде: достаточно посмотреть, что сейчас происходит в городе. Мы живём в рамках закона о рекламе, поэтому не можем продвигать вино, а здесь под эгидой большой упаковки «тосканскости» можно сделать очень интересную инициативу и даже продвигать какие-то продукты, в том числе вино.

shutterstock_227098936

Ретро велогонка L’Eroica © hipproductions / Shutterstock

В каком сейчас состоянии этот проект?

Мы хотим целиком снять парк «Сокольники» в мае следующего года и сейчас ждём ответа от огранизаторов Eroica. Мы планируем комплексную программу. «Твоя Италия» тоже, надеюсь, будет туда интегрирована. Среди партнёров мы видим Bosco, Новикова, Eataly и других: шире, чем просто всё тосканское, ведь Москву рамками одной области нельзя ограничивать.

Посоветуйте нашим читателям интересное, необычное место, куда можно было бы поехать отдыхать.

Готов перечислять целыми списками. Пьемонт, а именно Ланге, Бароло и все маленькие коммуны. За два с половиной часа можно объехать всё и увидеть с головокружительной скоростью меняющиеся ландшафты. Каждое движение по этому серпантину меняет внутреннее и внешнее ощущение. Это как будто постановочные кадры в павильоне, где снимается художественный фильм. Именно как зрительный образ, я уж не говорю про рестораны, кухню, вино, погреба, которые там можно посетить. Красота такая, что её мало где можно встретить в мире!

Передвигаемся дальше – Гарда. Место, крайне важное для итальянской культуры, формировавшейся между первой и второй мировой войной. Гарда – это озеро русских. Княжна Трубецкая была в начале ХХ века одной из собственниц острова на озере, Ида Рубинштейн жила с Габриэле д’Аннунцио в поместье в Витториале. И, конечно, Верона – всё вокруг озера само по себе интересно. Джазовый фестиваль в Рива-дель-Гарда, Мальчезине и подъём на фуникулёре – оттуда потрясающий вид на всё озеро. С другой стороны маленькие посёлки, средневековые крепости-форпосты.

Кастель Гандольфо

Если двигаться дальше на юг, то там – Рим, вечный город. Не хочу показаться банальным, но много всего скрыто вне Рима. Например, озёра – я был на Альбано и Неми, на юго-востоке в сторону Кастель-Гандольфо. Потрясающее место силы и неописуемая красота, да ещё и папская резиденция, и вид на город!

Горгона

Если море, то остров Горгона с печально известной тюрьмой. Красота там такая, что иногда думаешь – их наказали вообще? Может, они договорились, чтобы там провести остаток дней? Таких вещей в Италии много, можно начать и не закончить. У меня нет какого-то одного места. В этом году я собираюсь попасть в ту часть Калабрии, которая мне пока неизвестна – провинция Козенца. На меня произвел впечатление город Сибари, откуда родом слово «сибариты». Плюс я ещё не видел Молизе.

Итальянцы шутят, что в Молизе нет не только туристов, но и самих итальянцев.

Это верно, говорят, побережье Молизе – довольно скалистое, пока я туда не добрался. Хочу ещё в Апулии покопаться, пока я был только в Бари. Вообще Адриатика выше довольно низкая и пыльная, если не брать во внимание скалистый Триест и венецианскую лагуну. Можно ещё назвать Ривьеру-дель-Конеро, там прекрасно! А ведь ещё есть Сардиния и Сицилия, которую мало кто по-настоящему знает. Словом, рассказывать можно очень долго – лучше самому всё увидеть.

 

Ключевые слова
вино, интервью

Похожие материалы

Куда поехать

Выходные в Сан-Джиминьяно

Тоскана
Посмотреть
Эногастрономия

Дзибиббо-ди-Пантеллерия

Сицилия
Посмотреть
Эногастрономия

Верментино, Каннонау и другие вина Сардинии

Сардиния
Посмотреть
Культура и искусство

Что нужно знать о выставке «Венеция Ренессанса» в Пушкинском музее?

Посмотреть
Эногастрономия

Золото Марке: Вердиккьо

Марке
Посмотреть
Эногастрономия

«Приезжайте посмотреть на настоящую Италию!», — интервью с Оскаром Фаринетти, основателем Eataly

Пьемонт
Посмотреть
Эногастрономия

  Подписаться на рассылку